Ты

Пришла —
деловито,
за рыком,
за ростом,
взглянув,
разглядела просто мальчика.
Взяла,
отобрала сердце
и просто
пошла играть —
как девочка мячиком.
И каждая —
чудо будто видится —
где дама вкопалась,
а где девица.
‘Такого любить?
Да этакий ринется!
Должно, укротительница.
Должно, из зверинца!’
А я ликую.
Нет его —
ига!
От радости себя не помня,
скакал,
индейцем свадебным прыгал,
так было весело,
было легко мне.

Мечтал я о тебе так часто, так давно

И книгу о любви, о дымке над Невой,
о неге роз и море мглистом
я перелистывал — и чуял образ твой
в стихе восторженном и чистом.

Дни юности моей, хмельные сны земли,
мне в этот миг волшебно-звонкий
казались жалкими, как мошки, что ползли
в янтарном блеске по клеенке…

Я звал тебя. Я ждал. Шли годы, я бродил
по склонам жизни каменистым
и в горькие часы твой образ находил
в стихе восторженном и чистом.

И ныне, наяву, ты, легкая, пришла,
и вспоминаю суеверно,
как те глубокие созвучья-зеркала
тебя предсказывали верно.

Раскаянье

К чему мятежное роптанье,
Укор владеющей судьбе?
Она была добра к тебе,
Ты создал сам свое страданье.
Бессмысленный, ты обладал
Душою чистой, откровенной,
Всеобщим злом не зараженной,
И этот клад ты потерял.

Огонь любви первоначальной
Ты в ней решился зародить
И далее не мог любить,
Достигнув цели сей печальной.
Ты презрел все; между людей
Стоишь, как дуб в стране пустынной,
И тихий плач любви невинной
Не мог потрясть души твоей.

Не дважды бог дает нам радость,
Взаимной страстью веселя;
Без утешения, томя,
Пройдет и жизнь твоя, как младость.
Ее лобзанье встретишь ты
В устах обманщицы прекрасной;
И будут пред тобой всечасно
Предмета первого черты.

О, вымоли ее прощенье,
Пади, пади к ее ногам,
Не то ты приготовишь сам
Свой ад, отвергнув примиренье,
Хоть будешь ты еще любить,
Но прежним чувствам нет возврату,
Ты вечно первую утрату
Не будешь в силах заменить.

Может, любит, скорее привязанность

может, любит, скорее привязанность. может, нравится, вероятно, просто обман зрения. Может хочет, но боится. Успокаивала она сама себя, каждый вечер. Но сердце чувствовало это «может».. а вот мысли не могли смириться с сердцем. Вскоре прошло время, они расстались. И теперь она поняла, что она любила, нравился, хотела.. уже потеряла.. попытается вернуть. Уже ничего не выйдет

От счастья осень мне не кажется унылой

От счастья осень мне не кажется унылой,
В очарованье нахожусь от зимних вьюг,
И слякоть марта не является постылой,
Лишь потому, что ты, любимый, – мой супруг!

Не замечаю я: дожди, жара иль грозы,
Ведь, согласись, в душе погода поважней.
И средь снегов вдруг заалеют скромно розы
От поцелуев, что на свете нет нежней!

Нежная, любимая, девочка моя

Нежная, любимая, девочка моя,
Ты такая милая! Как же счастлив я!
Ты – моё дыхание, солнца яркий свет,
Быть с тобой мне хочется много-много лет.

О любви стихи мои, о тебе – мечты,
В мыслях и желаниях – всюду только ты:
Взгляд, улыбка светлая, кожи гладкий шёлк.
Как же эти годы я без тебя жить мог?!

Зачем слова? в безбрежности лазурной

Зачем слова? В безбрежности лазурной
Эфирных волн созвучные струи
Несут к тебе желаний пламень бурный
И тайный вздох немеющей любви.

И, трепеща у милого порога,
Забытых грез к тебе стремится рой.
Недалека воздушная дорога,
Один лишь миг — и я перед тобой.