Серенький хвостик…

Помню с детства, калужскую грязь —
босоногое счастье мальчишки.
И откуда ты только взялась,
из какой непрочитанной книжки?
Ты ходила за мной по пятам,
Гордо вздёрнув веснушчатый носик.
Курам на смех, как повод друзьям
называть тебя «серенький» хвостик.
Я конечно ни духом, ни сном,
что вы братцы, она же девчонка.
Вот ударю ей в лоб кулаком,
а, то словно заноза в печёнках.
Но, что по лбу, что в лоб, всёравно
ни на шаг от меня, ходит рядом.
И тогда, я решил….суждено
мне всю жизнь быть с хвостатым нарядом.

Шесть годков пролетели стрелой.
Распушился мой хвостик и вырос.
Я впервые забыл про покой,
в моём сердце любовь поселилась.
Все друзья стали взглядом просить,
Гордо вздёрнув завистливый носик:
«Дай пожалуйста нам поносить,
твой хорошенький, серенький хвостик».
Отвечал им: «Мы с ним заодно,
с нами ночь говорит звездопадом.
Я давно всё решил….суждено
мне всю жизнь быть с хвостатым нарядом».

У меня появилась возможность сказать

У меня появилась возможность сказать «Ты мне нужна, я без тебя не могу!», сказать всего лишь несколько слов и видеть как в твоих глазах душа откликается на эти слова, как она тянется ко мне, как радуется что есть кто-то кому ты так сильно нужна, кто-то кто не хочет быть без тебя, кто-то кому не все равно как и что с тобой происходит. Этот кто-то очень нежно и старательно оберегает тебя… и будет оберегать в дальнейшем.

Долго снились мне вопли рыданий твоих…

Долго снились мне вопли рыданий твоих, —
То был голос обиды, бессилия плач;
Долго, долго мне снился тот радостный миг,
Как тебя умолил я — несчастный палач.

Проходили года, мы умели любить,
Расцветала улыбка, грустила печаль;
Проносились года, — и пришлось уходить:
Уносило меня в неизвестную даль.

Подала ты мне руку, спросила: ‘Идешь?’
Чуть в глазах я заметил две капельки слез;
Эти искры в глазах и холодную дрожь
Я в бессонные ночи навек перенес.

Девочка плачет…

Девочка плачет шарик улетел
Ее утешают а шарик летит

Девушка плачет жениха все нет
Ее утешают а шарик летит

Женщина плачет муж ушел к другой
Ее утешают а шарик летит

Плачет старуха мало пожила
А шарик вернулся и он голубой

Мне шепчут боги…

Мне шепчут боги: Не узнаешь рая,
Познаешь муки ада, сердца дрожь.
Пойдёшь за нею — потеряешь радость,
Покой утратишь, счастья не найдёшь.
Пойдёшь за нею — встретишь неудачу,
Да и врагов в придачу наживёшь.
Пойдёшь за нею — горечью заплатишь,
Да будет поздно, после сам поймёшь…
Мне шепчут люди, вроде бы не злые,
Печально опуская долу взгляд:
Пойдёшь за нею — проклянут родные,
Да и чужие не благословят.
Пойдёшь за нею, молвит друг-товарищ,
Считай, что дружбы нашей не вернёшь.
Пойдёшь за нею — каши с ней не сваришь,
А просто с голодухи пропадёшь…
Пойдёшь за ней — жизнь станет безотрадной,
Пойдёшь за ней — себе же на беду…
И я пошёл за нею безоглядно,
И по сей день, хоть каюсь, а иду… 

Ты тихо бредешь без конца поджимая губы

Ты тихо бредешь без конца поджимая губы,
Где-то кочуя, меж прошлым и настоящим.
Этот картонный мир оказался грубым,
А вот характер твой, даже слишком мягким.
Слезы глотаешь вместе с дорожной пылью,
Шмыгаешь носом, взывая в мольбе к прохожим.
Ты лишь мечтала, чтобы тебя любили,
Ты лишь хотела не оказаться брошенной.
Город сияет, свет от витрин манящий,
Вывески слепят, загораются буква за буквой,
Ты лишь хотела красивой быть и настоящей,
А оказалась обычной, дешевой куклой…
Больно! Да так, что тисками сжимает горло.
Страшно. Да так, что безумно трясутся ноги
Тебе бы за радость, предстать сейчас перед Богом,
Только увы, нет конца у твоей дороги.
Детка смирись и свой путь продолжай ровнее,
Как бы тебе не казалось все адской мукой.
Тысячу миль пройдя, ты вдруг станешь злее,
Вместо дворняжки, ты будешь типичной сукой.
Этот безумный мир для таких и создан,
Для тех, кто не знает боли и поражений,
Каждый твой новый шаг, до конца осознан
Дальше твой путь состоит из одних мешений.
И ты научишься бить, беспощадно и больно,
А на фальшивые слезы в ответ, смеяться.
Сука она, есть сука:»Теперь довольны?»
Вы научили ее, ничего не бояться…
Но, а пока, от жары пересохли губы,
В этой дороге меж прошлым и настоящим.
Только когда твой характер окажется грубым,
Этот убогий мир, станет самым мягким.

Любовь покоряет обманно

Любовь покоряет обманно,
Напевом простым, неискусным.
Еще так недавно-странно
Ты не был седым и грустным.

И когда она улыбалась
В садах твоих, в доме, в поле,
Повсюду тебе казалось,
Что вольный ты и на воле.

Был светел ты, взятый ею
И пивший ее отравы.
Ведь звезды были крупнее,
Ведь пахли инече травы,
Осенние травы.

Дорогая, сядем рядом

Дорогая, сядем рядом,
Поглядим в глаза друг другу.
Я хочу под кротким взглядом
Слушать чувственную вьюгу.

Это золото осеннее,
Эта прядь волос белесых —
Все явилось, как спасенье
Беспокойного повесы.

Я давно мой край оставил,
Где цветут луга и чащи.
В городской и горькой славе
Я хотел прожить пропащим.

Я хотел, чтоб сердце глуше
Вспоминало сад и лето,
Где под музыку лягушек
Я растил себя поэтом.

Там теперь такая ж осень…
Клен и липы в окна комнат,
Ветки лапами забросив,
Ищут тех, которых помнят.

Их давно уж нет на свете.
Месяц на простом погосте
На крестах лучами метит,
Что и мы придем к ним в гости,

Что и мы, отжив тревоги,
Перейдем под эти кущи.
Все волнистые дороги
Только радость льют живущим.

Дорогая, сядь же рядом,
Поглядим в глаза друг другу.
Я хочу под кротким взглядом
Слушать чувственную вьюгу.

Стихи