О, не тревожь меня укорой справедливой!

О, не тревожь меня укорой справедливой!
Поверь, из нас из двух завидней часть твоя:
Ты любишь искренно и пламенно, а я —
Я на тебя гляжу с досадою ревнивой.

И, жалкий чародей, перед волшебным миром,
Мной созданным самим, без веры я стою —
И самого себя, краснея, сознаю
Живой души твоей безжизненным кумиром.

Стихи

Кто в этом мире – ты?

Сокральность мира есть — фундамент знанья!
И восковУю сущность бытия
Сжигают верой божьего сиянья,
Чтоб стать огнём во тьме забытия.

Любовь от Бога Сущего – прозренье,
Даровано «слепым» – увидеть путь,
Лик Святости глядит свечой знаменья:
Кто в этом мире – ТЫ, не позабудь!

Учись как Бог, себя и всех прощать:
Прощенье заполняет дух любовью,
Искуплены мы все святою кровью.
Учись плоды Любви в срок возвращать
от древа Жизни…
Научись прощать…

Я спросил сегодня у менялы…

Я спросил сегодня у менялы,
Что дает за полтумана по рублю,
Как сказать мне для прекрасной Лалы
По-персидски нежное «люблю»?

Я спросил сегодня у менялы
Легче ветра, тише Ванских струй,
Как назвать мне для прекрасной Лалы
Слово ласковое «поцелуй»?

И еще спросил я у менялы,
В сердце робость глубже притая,
Как сказать мне для прекрасной Лалы,
Как сказать ей, что она «моя»?

И ответил мне меняла кратко:
О любви в словах не говорят,
О любви вздыхают лишь украдкой,
Да глаза, как яхонты, горят…

Поцелуй названья не имеет,
Поцелуй не надпись на гробах.
Красной розой поцелуи веют,
Лепестками тая на губах.

От любви не требуют поруки,
С нею знают радость и беду.
«Ты — моя» сказать лишь могут руки,
Что срывали черную чадру.

Это невозможно!

«Это невозможно!» – крикнула Причина. «Это безрассудно!» – отрезал Опыт. «Это бесполезно!» – сказала Гордость. «Попробуй…» – шепнула Мечта.

Я любила тебя с сотворения мира

Я любила тебя с сотворения мира, я любила тебя столько жизней подряд, бесконечно любила, любила тебя! Я любить тебя буду до последнего вздоха. Любила, люблю и буду любить еще сильней…

Стихи

Родная моя.

Родная моя. Это словосочетание заменит кучу дурацких «кисок», «зайчиков».

Проводы

Тёмный, обезлюдевший вокзал,
Электричка на пути железном…
Кто – кого той ночью провожал –
Выяснять сегодня бесполезно.

Вечер начинался нелегко,
Пили кофе, словно, для разгона…
Листик, словно сцинковый геккон
Прилепился на стекло вагона.

Ветер в окна с яростью швырял
На ходу безжалостные капли,
Голову шлагбаум наклонял
С грацией состарившейся цапли.

Грохотали сцепкой, налегке,
Никому не нужные вагоны,
Я платочек тискала в руке…
На твои курсантские погоны

Наложила бликов светотень –
Столь от них далёкие – зигзаги…
Может быть, хоть следующий день
Нам подарит чуточку отваги?…

Мы встретились случайно, на углу…

Мы встретились случайно, на углу.
Я быстро шел — и вдруг как свет зарницы
Вечернюю прорезал полумглу
Сквозь черные лучистые ресницы.

На ней был креп,- прозрачный легкий газ
Весенний ветер взвеял на мгновенье,
Но на лице и в ярком свете глаз
Я уловил былое оживленье.

И ласково кивнула мне она,
Слегка лицо от ветра наклонила
И скрылась за углом… Была весна…
Она меня простила — и забыла.

Раньше снились цветные сны

Раньше снились цветные сны,
А теперь по ночам не спится…
Помнишь, ждали с тобой весны?
Но метель до сих пор кружится.
Заметает дорогу к тебе,
И ложится туман на плечи…
Я иду в непроглядной тьме,
Всё надеясь на нашу на встречу.
Черно-белый вокруг пейзаж,
И тяжелые в небе тучи.
Я ведь верила: не предашь,
Но не тот оказался случай…
Слезы высохнут до утра,
Боль свои полномочья сложит…
Мне, наверно, забыть пора
То, что память забыть не может!

Я дождусь запоздалой весны,
Мои губы твои забудут.
Сниться будут цветные сны —
Обязательно сниться будут!